"Нельзя сказать, что Некрасову при жизни воздавали должное. Многие из них считали, что Некрасов пишет нехудожественно, но это неважно, и он великий поэт - потому что содержание важнее формы. Эстеты откровенно терпеть его не могли. По словам Тургенева, "поэзия в его стихах и не ночевала". Только с пришествием модернизма был он по-настоящему признан, и его новизна и оригинальность оценены по достоинству. Это произошло потому, что возросла наша способность понимать "непоэтическую" поэзию. Но дело еще и в том, что Некрасов перестал числиться у радикалов святым (каковым он, разумеется, никогда и не был в том смысле, в каком ими были Белинский, Чернышевский, Добролюбов и Глеб Успенский) и стал более узнаваемым и реальным Некрасовым, сложной, не всегда образцовой, но глубоко человечной и оригинальной личностью." Д. П. Святополк-Мирский (1926).
"Нельзя сказать, что Некрасову при жизни воздавали должное. Многие из них считали, что Некрасов пишет нехудожественно, но это неважно, и он великий поэт - потому что содержание важнее формы. Эстеты откровенно терпеть его не могли. По словам Тургенева, "поэзия в его стихах и не ночевала". Только с пришествием модернизма был он по-настоящему признан, и его новизна и оригинальность оценены по достоинству. Это произошло потому, что возросла наша способность понимать "непоэтическую" поэзию. Но дело еще и в том, что Некрасов перестал числиться у радикалов святым (каковым он, разумеется, никогда и не был в том смысле, в каком ими были Белинский, Чернышевский, Добролюбов и Глеб Успенский) и стал более узнаваемым и реальным Некрасовым, сложной, не всегда образцовой, но глубоко человечной и оригинальной личностью." Д. П. Святополк-Мирский (1926).